Храм Новомучеников и Исповедников Российских в Строгино. Причастие в церкви грудничка


Первое Причастие ребенка или взрослого после Крещения

Таинство Причастия или Евхаристии (с греческого - благодарение) - главное Таинство Православной Церкви и, одновременно, наиболее часто совершаемое Таинство: в любом храме Причастие совершается каждое воскресенье и по праздникам, а в храмах, где служит больше одного священника - каждый день, за исключением особых дней Церковного Устава.

Причастие совершается только за Литургией, которая служится обычно по утрам. В этом повседневном богослужении и самом его событии - Таинстве Причастия - заключен огромный смысл, древняя традиция и сильная благодать Божия, поистине просвещающая каждого православного христианина.

Таинство Евхаристии, Причастия было установлено Самим Господом во время Тайной Вечери, в Страстной Четверг, перед Распятием. Это событие описывают все евангелисты и наиболее подробно - апостол Иоанн Богослов.

Самая сильная молитва - это любое поминовение и пребывание за Литургией. За человека во время Таинства Евхаристии (Причастия) молится вся Церковь.

Готовя хлеб и вино, которые во время Таинства станут Телом и Кровью Христовыми, священник берет просфору (маленький круглый пресный хлеб с печатью Креста), вырезает в ней кусочек и говорит: «Помяни, Господи, рабов Твоих (имена)…». Имена берутся из записок, отдельными просфорами поминаются все молящиеся за Литургией и все причастники. Все части просфор становятся Телом Христовым в Чаше Причастия. Так люди получают великую силу и благодать от Бога, становясь с Ним едиными.

Вот почему каждому человеку нужно иногда бывать на Литургии - подавать записку за себя и близких, причащаться Святых Христовых Тайн - Тела и Крови Господа. Это особенно важно сделать в трудные жизненные моменты, несмотря на нехватку времени.

Христос говорил о том, что в Таинстве Евхаристии хлеб и вино будут постоянно чудом преображаться в Его Тело и Кровь, а люди, которые едят (вкушают) их - соединятся с Ним Самим. Церковь благословляет причащаться не реже раза в год: лучше примерно раз в месяц.

www.o-vere.ru

Причастие младенца. Главный дар вашему ребенку

Причастие младенца

Ясно, что крещеного младенца можно и нужно причащать. Благодать причащения взращивает, исцеляет и укрепляет ребенка духовно и физически. Поэтому частое причащение ребенка – залог его духовного и телесного здоровья. По свидетельству дореволюционных докторов, в отношении тех детей, которых часто носят к причастию, редко приходится прибегать к лекарствам. Над часто причащающимися детьми не имеет силы даже закон плохой наследственности.

Первое причастие – сразу вслед за Таинством Крещения. Или как можно скорее после него. А дальше? Как часто причащать младенца?

Самое простое – спросите об этом у священника. Скорее всего, он вам посоветует приносить чадо к Святой Чаше еженедельно.

Только имейте в виду – во время Великого поста детей причащают лишь по субботним и воскресным дням. Потому что по будням идет литургия Преждеосвященных Даров, а ими детей не причащают.

Сколько времени проводить с младенцем в храме? По минимуму. Минут 15–20 или того меньше. Пришли к причастию, причастили и ушли. Если ему нравится на службе, можно постоять подольше. Многие младенчики, в течение девяти месяцев участвовавшие в службе, пока пребывали в мамином животе, с удовольствием проводят в храме достаточно долгое время. Такие семьи сразу видно. С первого взягляда.

Как быть, если дитя заснуло прямо перед причастием? У младенцев рефлекс – открывать рот и готовиться съесть, что дают, когда их гладят по щечке. Они рефлекторно открывают рот для причащения и пробуждаются.

Как насчет: «Все принимают причастие из одной ложки – фи, там микробы и зараза!» Да нет там ни микробов, ни заразы. Потому что в ложке – не еда, не питье, а Кровь и Тело Христовы, Которые попаляют, уничтожают любых микробов и вирусов. Заразиться от Христа? Это нелепо.

Младенцев причащают первыми. Не нужно стоять с ними в общей очереди причастников. Пройдите тихонько вперед. Все непременно расступятся и пропустят вас. Поднося ребенка к Чаше, его нужно держать на правой руке, придерживать ножки и ручки, чтобы случайно не толкнул потир. Священник произносит: «Причащается раб(а) Божий(ия)», – и тут вы должны внятно произнести полное имя младенца, которым он был крещен: «Иоанн, Наталия, Феодор».

Совсем крошек причащают только Кровью, без частиц. После причащения нужно дать ему запивочку – она называется теплотой, – чтобы смыть остатки Святых Даров и чтобы они не остались во рту. Потому что если он чихнет, кашлянет и частички вылетят с брызгами слюны, то осквернится самая большая на свете святыня, упадет на землю, на пол, окажется попираемой ногами. Так что причастие запивают все. Кто постарше – еще и заедает кусочком просфоры.

К Чаше детей приносят или родители, или крестные – и если вы обзавелись именно такой крестной, то будьте счастливы!

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

religion.wikireading.ru

Как объяснять детям таинство святого причащения | Материнство

Только в Православной Церкви к причастию допускаются младенцы с момента крещения и миропомазания. У католиков, лютеран и англикан "конфирмация" - таинство миропомазания - совершается позднее, когда дети достигают разумного возраста, и только после "конфирмации" подростки становятся членами Церкви и могут причащаться.

В Православной же Церкви таинство миропомазания совершается одновременно с крещением, и поэтому младенцев сразу допускают к причастию. А начиная с семи лет дети приступают к таинству исповеди.

У православных практика причащения младенцев объясняется тем отношением, которое преподал Христос: "Приносили к Нему детей, чтобы Он прикоснулся к ним; ученики же не допускали приносящих. Увидев то, Иисус вознегодовал и сказал им: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие... И обняв их, возложил руки на них и благословил их" (Мк. 10, 13-16).

Иисус Христос показал, что физическое общение, физическая близость к Нему столь же реальны, как и общение интеллектуальное или духовное, и что непонимание младенцами "истин о Боге" не препятствует действительной близости "с Богом".

Веками приносили православные матери в храм своих младенцев и причащали их, и никто не смущался, когда в храме были слышны писк и крик младенцев. Помню, как молодая мать трех детей говорила мне, что ее трехмесячная Таня любит бывать в храме: "Дома мне всегда некогда, всегда я тороплюсь, суечусь, а вот в храме час или полтора она спокойно лежит у меня на руках, и никто нам не мешает..."

Но наступает момент, примерно к двум годам, когда ребенку, особенно если он не привык причащаться, необходимо объяснить, что такое причастие и как приступать к таинству. Мне кажется, что тут не стоит мудрить, достаточно сказать: "Вот батюшка тебе святого хлебца даст, вкусного..." или "Батюшка тебе причастие даст - святое, хорошее, вкусное..." Постепенно, благодаря отношению взрослых к ребенку-причастнику - как его поздравляют, хвалят, целуют, и потому, что в этот день его стараются одеть по-праздничному, - он начинает понимать, что причащение - радостное, торжественное, святое событие.

Если младенец никогда не причащался, и когда его подносят к Чаше, он пугается причастия, как чего-то непонятного, может быть напоминающего ему неприятные ощущения, связанные с принятием лекарства, не надо, мне кажется, заставлять его Лучше пусть он посмотрит, как причащаются другие дети, дать ему кусочек просфоры, поднести к батюшке под благословение, когда прикладываются к кресту, и сказать, что его причастят в следующий раз.

Годам к 3-4-м можно и нужно объяснять детям смысл таинства причащения. Можно рассказывать детям про Иисуса Христа, про Его Рождество, про то, как Он исцелял больных, кормил голодных, ласкал маленьких детей. И вот, когда Он узнал, что скоро умрет, Он захотел в последний раз собраться со своими друзьями-учениками, поужинать с ними. И когда они расположились за столом, Он взял хлеб, разломил и раздал им, сказав: "Этот хлеб - Я Сам, и когда вы будете есть этот хлеб, Я буду с вами". Потом Он взял чашу с вином и сказал им: "В этой чаше Я вам даю самого Себя, и когда вы будете пить из нее, Я буду с вами". Так Иисус Христос первый раз причастил людей и завещал, чтобы все, кто Его любят, также причащались.

Начав с простого объяснения, подрастающим детям можно рассказывать о Тайной Вечери подробнее и полнее, следуя евангельскому тексту. За литургией они услышат слова: "Приимите, ядите, Сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов" и "Пиите от нея вси, Сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за много изливаемая во оставление грехов". И к этому их надо приготовить. Но как бы мы ни упрощали евангельские рассказы, важно, чтобы не искажался их смысл.

По мере того как дети взрослеют, важно объяснять им не только евангельские события, с которыми связано таинство причастия, но и то, что оно означает для нас сегодня. За литургией мы приносим наши дары - хлеб и вино. Хлеб и вино - это наша пища и питье. Без пищи и питья человек не может жить, и наши простые дары означают, что мы приносим Богу в благодарность самую жизнь нашу. Вручая нашу жизнь Богу, мы не одиноки: вместе с нами и за нас отдает Свою жизнь Сам Иисус Христос. Объясняя детям смысл таинства святого причастия, можно рассказать, как священник приготавливает наши дары: вырезает частицы из принесенных просфор-хлебцев: одну частицу "Агнец" для причастия, другую в честь Божьей Матери, частицы в честь всех святых, а также в память умерших и живых, о которых его просят молиться. Следует обратить внимание детей, как торжественно переносят приготовленные дары на престол под пение молитвы "Иже Херувимы". Приносить дары - значит благодарить, и смысл литургии - наша благодарность Богу за дарованную жизнь, за наш мир, за то, что Бог Иисус Христос стал Человеком, вошел в нашу жизнь, взял на Себя наши грехи и страдания. Поэтому таинство литургии также называется "Евхаристией" - по-гречески "благодарность". Понимание смысла литургии приходит по мере того, как мы все глубже вникаем в каждый возглас, каждое действие богослужения, каждое песнопение. Это - лучшая школа, которая длится всю жизнь, и задача родителей - развивать интерес детей к познанию того, что они видят и слышат в храме.

На нас возложена ответственность - научить детей, как приступать к таинству святого причастия. Конечно, следует отличать самое существенное от второстепенного. Правила поведения в храме определяются до известной степени условиями нашей жизни. Неприменимы никакие правила к младенцам, но, начиная с семилетнего возраста, в практике Русской Православной Церкви установлено исповедоваться перед тем, как причащаться, соблюдать пост, т. е. не есть и не пить утром до литургии. Помолиться накануне за всенощной и постараться, если есть молитвослов, прочитать хотя бы некоторые молитвы перед причащением. Обычно священник дает нам указания о тех правилах, которые надо стараться соблюдать.

Мы, родители, призваны научить наших детей, как подходить к причастию: сложив руки на груди, а подходя к чаше, не креститься, чтобы нечаянно не толкнуть чашу. Следует назвать священнику свое имя. После причастия нам дают съесть кусочек просфоры и выпить немножко вина с водой - это называется "запивка". Все это внешние правила, и нельзя их смешивать со смыслом и значением таинства, но установленное традицией поведение в храме имеет немалое значение. Детям важно почувствовать в торжественные минуты, что они умеют держать себя, как взрослые.

"Я отдаю себя Христу, а Христос входит в мою жизнь". Его жизнь во мне - вот в чем состоит таинство Святого Причастия, и в этом раскрывается смысл и цель нашей жизни.

Из книги "Наша церковь и наши дети"

Дата публикации 19.10.2007 Автор статьи: С.С.Куломзина

materinstvo.ru

Хочу причастить ребенка | www.newmartyros.ru

Литература для прочтения:

1) О Причащении детей

2) "Детская исповедь: не навреди!". Статья протоиерея Максима Козлова

О причащении детей

  

Причастие – это тайна. Но без приобщения этой тайны мы не сможем быть полновесными членами Церкви, духовно расти и, в конечном счете, не причащаясь Святых Христовых Тайн, мы не сможем стать наследниками Царства Небесного (Ин). Причащаясь, человек получает всю полноту благодати Пресвятого Духа, т.е. всё самое лучшее, что он только способен получить на земле для своей жизни, для своего развития.

Практика причащения младенцев объясняется тем отношением, которое преподал Господь наш Иисус Христос: "Приносили к Нему детей, чтобы Он прикоснулся к ним; ученики же не допускали приносящих. Увидев то, Иисус вознегодовал и сказал им: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие... И обняв их, возложил руки на них и благословил их" (Мк. 10, 13-16). 

Господь показал, что физическое общение, физическая близость к Нему столь же реальны, как и общение интеллектуальное или духовное, и что непонимание младенцами "истин о Боге" не препятствует действительной близости с Богом. 

Причащая детей, нужно учитывать, что для малышей от одного до трех лет никакой подготовки перед Причастием нет, их можно даже кормить. Важно также настраивать ребенка на Причастие. Говорить, что мы идем в храм, что батюшка будет тебя причащать, что ты откроешь ротик.

Причем, примерно к двум годам, ребенку, особенно если он не привык причащаться, необходимо объяснить, что такое Причастие и как приступать к Таинству. Не нужно употреблять кощунственные формулировки вроде: "Вот батюшка тебе вкусненького компотика даст" и подобные. Лучше сказать: "Батюшка тебе Причастие даст – святое, хорошее...". Или: "Мы причастимся Тела и Крови Господа". Так постепенно, благодаря отношению взрослых к ребенку-причастнику – как его поздравляют, целуют, стараются в этот день одеть по-праздничному, – он начинает понимать, что Причастие – это радостное, торжественное, святое событие.

Если младенец никогда не причащался, то, когда его подносят к Чаше, он может испугаться. Он не понимает, что с ним пытаются сделать или, например, думает, что его хотят напоить лекарством, или может быть другая причина. В таких случаях не нужно причащать ребенка насильно. Лучше пусть он посмотрит, как причащаются другие дети, дать ему кусочек просфоры, поднести к батюшке под благословение, когда прикладываются к кресту, и сказать, что его причастят в следующий раз.

Годам к трем-четырем можно и нужно объяснять детям смысл Таинства Причастия. Можно рассказывать детям про Иисуса Христа, про Его Рождество, про то, как Он исцелял больных, кормил голодных, ласкал маленьких детей. И вот, когда Он узнал, что скоро умрет, Он захотел в последний раз собраться со своими друзьями-учениками, поужинать с ними. И когда они расположились за столом, Он взял хлеб, разломил и раздал им, сказав: "Этот хлеб – Я Сам, и когда вы будете есть этот хлеб, Я буду с вами". Потом Он взял чашу с вином и сказал им: "В этой чаше Я вам даю самого Себя, и когда вы будете пить из нее, Я буду с вами". Так Иисус Христос первый раз причастил людей и завещал, чтобы все, кто Его любят, также причащались.

Начав с простого объяснения, подрастающим детям можно рассказывать о Тайной Вечери подробнее и полнее, следуя евангельскому тексту. За литургией они услышат слова: "Приимите, ядите, Сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов" и "Пиите от нея вси, Сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за много изливаемая во оставление грехов". И к этому их надо приготовить. Но как бы мы ни упрощали евангельские рассказы, важно, чтобы не искажался их смысл. 

Маленький ребенок может расплакаться на службе, что будет мешать молящимся, да и родителям с ребенком нелегко выстоять всю службу. Поэтому лучше приходить в храм минут за 10-15 до Причастия. Это может касаться и некоторых детей старше 3-х лет. Детей к Храму нужно приучать постепенно, не принуждать отстаивать всю службу, так как в будущем это может произвести обратный эффект, и ребенок вовсе не захочет идти в церковь. Постепенно, годам к четырем нужно уже приучать ребенка причащаться натощак. Этот литургический пост – прекрасная подготовка к принятию Таинства, и чем раньше ребёнок к нему привыкает, тем лучше, и тем легче это даётся. 

Лет с пяти детки уже могут поститься день перед причастием. Не строго: воздерживаться от мяса, конфет, от просмотра мультфильмов, стараться вести себя лучше, быть послушнее и т. п. Хорошо прочитать с ними вслух одну или несколько молитв ко Святому Причащению.

Родители призваны научить детей, как подходить к причастию: сложив руки на груди, а подходя к Чаше, не креститься, чтобы нечаянно не толкнуть Чашу. Следует назвать священнику свое имя. После причастия нам дают съесть кусочек просфоры и выпить немножко вина с водой - это называется "запивка". Все это внешние правила, и нельзя их смешивать со смыслом и значением таинства, но установленное традицией поведение в храме имеет немалое значение. Детям важно почувствовать в торжественные минуты, что они умеют держать себя как взрослые.

Говоря о частоте Причастия, отметим, что маленьким детям можно причащаться часто, но начиная с шести-семи лет благоразумнее будет согласовать этот вопрос с духовником. Или с любым батюшкой, который будет в курсе Ваших обстоятельств.

С семи лет ребенка необходимо приводить на исповедь, к чему его тоже следует подготовить: рассказать о том, что в этом таинстве сам Господь прощает грехи. Конечно же, мы еще раньше учим детей анализировать, что хорошо, а что плохо, поэтому возраст исповеди может и уменьшаться, если ребенок понимает, что это за Таинство, и отдает отчет своим поступкам. Важно, чтобы ребенок не боялся этого Таинства, а поэтому нужно постараться предупредить священника, что у Вашего ребенка первая исповедь. 

С семи лет постепенно ребенка нужно приучать и к остальным требованием ко Причастию. Но важно помнить, что это внешняя подготовка к Причастию, а важна еще и внутренняя. Самим родителям надо стремиться любить храм, любить Бога и исполнять Его святые заповеди. Помнить, что мы в Таинстве Причастия встречаемся со Христом и должны стремится к этой встрече, радоваться ей, желать ее (как мы желаем встречи с любимым человеком). Важно эту любовь привить и ребенку. А поэтому здесь необходима во всем постепенность и самое главное – личный пример, иначе мы можем только отторгнуть ребенка от Церкви и Бога. Господь принимал детей и радовался им, не обременял их. Так должны и мы с постепенностью и любовь приводить детей ко Христу. Стремясь сами быть примером не просто формального исполнения церковных предписаний, но примером любви, понимания, отдаляясь сор, гнева и злости. Ведь ребенок судит о вере, взирая на нас, и если мы живем не по христиански, то едва ли механическое Причащение детей даст плоды. Только с понимания сути Таинства, только с желанием и с любовью к нему, а значит и к Богу, Причастие будет приносить пользу для человека, будет врачеванием и духовных, и телесных недугов. И конечно необходима твердая вера в Бога и вера в Его любовь к Нам. "Я отдаю себя Христу, а Христос входит в мою жизнь". Его жизнь во мне - вот в чем состоит таинство Святого Причастия, и в этом раскрывается смысл и цель нашей жизни.

www.newmartyros.ru

Протоиерей Алексий Уминский: Неправильно, когда дети причащаются без родителей

В приходе храма Святой Троицы в Хохлах состоялось родительское собрание, на котором настоятель, протоиерей Алексий Уминский, рассказал об общих принципах подготовки детей к причащению Святых Христовых Таин, о поведении детей в храме и об отношении родителей к церковной жизни своих детей.

– В нашем храме с каждым годом все больше детей: дети разновозрастные. Именно поэтому часть родителей приходит с детьми сразу на службу, другие – к середине службы: некоторые дети ходят на занятия, некоторые – не ходят, то есть все происходит по-разному. И мне бы хотелось озвучить определенные общие принципы, чтобы у всех было понимание того, что такое служба, что такое Евхаристия.

Первое, на что хотелось бы обратить ваше внимание: я думаю, очень неправильно, когда дети причащаются без родителей. Это становится не очень хорошей традицией – просто приносить детей к причастию. А что при этом с ребенком происходит? Как он это осмысливает для себя эмоционально, ведь по-другому ребенок понимать это не может? Получается, что причащение Святых Христовых Таин для младенца – это некий почти магический акт: родители думают, что если часто причащать ребенка, то с ним все будет хорошо. Мне кажется, это результат глубокого непонимания родителями того, что происходит в храме. Понятно, что и дети, вырастая, не будут понимать смысла Литургии.

Понимаем ли мы, когда подносим своего ребенка к Святой чаше, зачем это делаем? Может сейчас кто-нибудь из родителей ответить на этот вопрос?

– Чтобы ребенок соединился со Христом, чтобы Христос участвовал в его жизни.

Вы правильно сказали: и для ребенка и для взрослого – это одно и то же, это соединение со Христом, чтобы Христова жизнь и жизнь ребенка были общими. А что за этим следует? Давайте дальше развивать эту мысль.

– Мы вручаем жизнь нашего ребенка Богу.

– Правильно. А дальше что? Вы понимаете, что в этот момент происходит огромный риск, который совершает родитель по отношению к своему ребенку? В этот момент мы отдаем своего ребенка в руки Божии, делая его участником Евангелия. Но себя вместе с ним мы в руки Божии не отдаем. Это очень важно осознать: если мы не приходим к причастию вместе с ребенком, не разделяем его с ним, в этом есть какое-то несоответствие, ущербность. Может быть, мы думаем, что причащаясь, ребенок болеть не будет? Или будет питаться благодатью и вырастет добрым хорошим человеком? Или с ним что-то само по себе будет происходить: неведомое, мистическое, что сделает его глубоко верующим человеком помимо нас? Но это ошибочное, недостаточное, осознанно не продуманное и ущербное представление.

Ребенок действительно ничего не понимает, даже когда ему семь лет, даже в десять лет он почти ничего в этом не понимает. И думать, что само по себе в его уме, в его душе и сердце что-то происходит помимо нас – это величайшая иллюзия.

Гораздо удобнее, если дети причащаются отдельно, но ведь дети видят, как родители не причащаются, и не видят, как родители причащаются. Это очень серьезная вещь: это значит то, что мы представляем себе, как общую жизнь, остается декларативным и только. Мы потом можем сколько угодно объяснять детям, что причастие – это истинное Тело и Кровь Христовы, хотя вообще-то это никому не понятно… А тем более детям… Они воспринимают все совсем по-другому, прежде всего, эмоционально: у них работают глаза, уши в этот момент, им важно, что на них обращают внимание. И в этот важный момент родители оказываются просто – подносящими. Они не разделяют эмоциональную радость ребенка, и эта радость не идет вместе с ними домой. Вот они причастились вместе и с этой радостью возвращаются домой, вместе переживают эту радость общего причастия – этого всего нет, а это и есть самое главное. Это то, что детей учит тому, и что такое причастие, и что такое вера – что такое разделить свою жизнь со Христом. По-другому донести это до детей бывает очень сложно.

Поэтому первое, на что я хочу обратить ваше внимание, дорогие родители, давайте у нас такого не будет, и родители будут причащаться вместе с детьми.

– Что делать, если муж неверующий, много работает, дома только по выходным и я должна уделить ему время и не могу подготовиться к причастию, поэтому причащаюсь в другой день?

– Конечно, иногда приходится идти на компромиссы. Момент подготовки у детей и родителей разный, и частота причастия может быть разная, я согласен. Я понимаю, что не всегда родители и дети могут причащаться вместе, но это не должно быть превалирующим. Я против того, чтобы они причащались вместе только в виде исключения.

Главное – стремиться, чтобы семья причащалась вместе, ради этого можно в чем-то ослабить и пост, и внешнюю подготовку к причастию, но не внутреннее благоговение, состояние страха Божия. Главное – это общая жизнь, и здесь она должна быть общей.

Нашим многодетным семьям мы позволяем приезжать не к началу Литургии, но и не в самый последний момент. Можно приехать к концу службы, но все-таки не к самому причастию. Для нас очень важно, чтобы дети со всей семьей какое-то время побыли на Литургии в спокойном состоянии, чтобы не было беготни, чтобы все увидели красоту храма, послушали песнопение, чтобы для всех это, пусть небольшое время, стало временем молитвенного благоговейного состояния. Очень прошу: не прибегать в последний момент к Чаше. Родители сами должны определить, какая часть Литургии для их детей приемлема.

Может быть, это покажется странным, но я против того, чтобы детей обязательно причащали на каждой Литургии. Как это иногда происходит? Приехали в суматохе, поругались все с утра, доехали до храма к концу службы, быстро причастили и ушли… Я этого не понимаю: на Литургии никто не был, к ней не готовился… Суматоха, суета.. Но лишь бы причастить… Это тоже видится мне величайшей ошибкой: когда все выстраивается как механическое действие – есть младенец и его надо каждую неделю причащать… Почему? Зачем? Эти вопросы не задаются. И если это происходит как преодоление каких-то страшных препятствий, не надо такого. Ребенок, которого так причащают, будет кричать, вырываться, потому что родители приехали в раздраженном, озлобленном состоянии. В таком состоянии не надо приходить в храм. Вот так причащать – не надо. Пусть мы будем причащаться не каждое воскресенье, но пусть это будет семейный, нормальный, спокойный поход в храм.

Если мы сами боимся причащаться в суд или в осуждение, то зачем же ребенка причащать в таком состоянии?.. Что же мы делаем?.. Думаем, что он безгрешный, и ему ничего не будет?.. Нет, будет. Это не значит, что Господь будет осуждать ребенка, но мы понесем ответственность за то, что принесли ребенка в таком состоянии, и он воспринял причастие как акт насилия над собой. Нужно ли это? Нет, это вредно.

– А если ребенок всегда кричит при причастии?

– Я не думаю, что это связано с духовной проблемой, скорее это какая-то психологическая ситуация… Может быть, ребенок болел, ему давали лекарства и причастие стало у него ассоциироваться с приемом чего-то невкусного. А может быть, в храме его кто-то испугал… Значит подождите, не надо его в таком состоянии причащать. Пусть он от своей проблемы освободится.

Не всем детям с семи лет надо исповедоваться, некоторые к этому еще не готовы: они тормозят, боятся, им пока еще рано. Также не обязательно всем детям в раннем возрасте исповедоваться каждое воскресенье. Некоторые дети к этому готовы: они знают что говорить на исповеди, а есть дети, которые не могут ничего о себе сказать. Зачем их мучить? Им достаточно исповедоваться, может быть, раз в месяц. Надо исходить не только из возраста ребенка, но из его развития, его психологического состояния. Если дети не исповедуются, пусть просто подходят под благословение, чтобы у них присутствовала какая-то форма, показывающая, что подойти к причастию – это не так просто.

Готовятся к причастию все по-разному, и, конечно, готовиться надо. Каким-то образом ребенок должен настраиваться на то, что он будет причащаться.

Молитву перед причастием дети должны читать самостоятельно. Например, с раннего возраста можно читать«Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими…», объяснив детям смысл этой молитвы.

Потом можно прочитать молитву Иоанна Златоустого: «Верую, Господи, и исповедую…» и постепенно добавлять из правила две молитвы, четвертую и пятую, они достаточно простые. И обязательно объяснять смысл этих молитв. Думаю, достаточно такого небольшого правила. Все остальные молитвы из последования к детям никак не могут относиться, они никак не могут их к себе применить. Может быть, можно добавить какие-то отдельные тропарики из канона, посмотрите сами, перепечатайте их на отдельный листок, но тропари и каноны сложней для понимания, чем молитвы.

Считается, что лет с четырех ребенка можно уже не кормить перед причастием. Но, опять-таки, дети разные: если служба начинается в десять часов, а причастие около двенадцати, не все это могут выдержать.

Известно, что скорость эскадры определяется по самому медленному кораблю. Самое слабое звено в семье – должно быть главным, по нему вымеряется строй всей семьи: если младший устал – все остальные тоже должны отдыхать. Воцерковленные семьи считают, что детей надо воцерковить так, чтобы им мало не показалось. Я знаю семью, где ребенок с удовольствием ходит в храм, на литургию и всенощное бдение, посещает воскресную школу, но в обычной школе вдруг пошел в полный разнос. Родительский запрос таков, что ребенок должен явить себя святым. И ребенок старается, хочет быть хорошим, он видит, как это родителям важно, но его хватает только на это, на этот воскресный день, а потом он ни собраться, ни учиться уже не может. Не надо из детей делать экспериментальные площадки по святости. Не может ребенок в восемь лет три часа отстоять на всенощном бдении и два часа на Литургии, а потом – воскресную школу. Дети видят, как вам это важно, они будут стараться, но в обычной школе они учиться не смогут, у них нет отдыха. Поэтому устраивайте своим детям выходные, особенно младшим школьникам. Дайте им отоспаться, сходите с ними в парк, в музей, на лыжах покатайтесь… Видите: ребенок устал – дайте отдохнуть, отдохните с ним вместе, даже если семья воцерковленная.

Если вы приезжаете с детьми к началу Литургии, то уж за своими детьми, пожалуйста, следите. Не надо делать вид, что это не ваши дети. А то получается, что тот, который на руках, присмотрен, а остальные … И зачем это для детей? Они начинают бегать, шуметь, заниматься своими делами, другие прихожане начинают их успокаивать, а родители начинают возмущаться: как это моему ребенку делают замечание?! Это очень нехорошо. Дети в храме хоть какое-то время должны молиться. Ради этого мы приводим их в храм. Если дети в храме совсем не молятся, то зачем тогда все это?

Во время службы родители устраиваются на лавочках в дальней части храма, и дети не видят Литургии, потому что она заслонена от них спинами прихожан. Будьте любезны: идите вперед, занимайте лучшие места, это место для детей.

Родители, которые пришли на службу с детьми и от начала до конца посвящают свое внимание детям, во время Литургии не молятся. Если вы хотите быть с детьми в храме и молиться, значит, молиться будете вы, а все остальные будут заниматься вашими детьми, или вы будете заниматься вашими детьми, и тогда будут немножечко молиться ваши дети, а вы должны понять, что вам этого не удастся. И вообще, когда растут дети, глубокая, серьезная молитвенная жизнь получиться в принципе не может. Потом она возвращается, но на какое-то время, пока дети маленькие, она отодвигается, и молитва уступает место смирению и терпению, что, собственно говоря, равноценно молитве. Терпеливое смиренное отношение к детям и ближним в этот момент равноценно молитве. Когда вы в храме занимаетесь своими детьми, не бойтесь, – Господь вас видит, Он знает, чем вы сейчас заняты. А вы заняты очень важным делом – заботой о том, чтобы ваши дети сейчас перед Богом предстояли, чтобы он чувствовал вашу заботу. В какой-то момент вы можете с ними из храма выйти, когда кто-то из них устал, потом вернуться… Но именно они – объект вашего внимания. Если они ваше внимание теряют – это беда, это неправильно. Поэтому вы приходите в храм и смотрите за своими детьми – это самое главное.

– А разве не важно, чтобы дети видели, что их родители молятся?

– А вы думаете, что когда вы молитесь, а дети бегают вокруг подсвечников, они вас видят?

После литургии, в день причастия, как бы ни сложился потом день, детей наказывать нельзя. Всякое бывает: они сильно устают, в храме душно, родители тоже устают, а ребенок оказывается виноватым… Как бы плохо дети себя ни вели, как бы ни капризничали – все обязательно должно кончиться миром. Родительское терпение, даже если ребенок не прав, должно победить.

Пусть в этот день дома будет обязательно какой-то маленький праздник, что-нибудь вкусненькое, какой-нибудь тортик. Пусть с самого раннего детства воскресный день воспринимается как праздник, а не как долгое, тяжелое путешествие непонятно зачем.

И хорошо бы, хотя бы в двунадесятые праздники, придти в храм красиво одетыми. Родители: мама, папа, и ребенок – идут в храм как на праздник со всеми атрибутами праздника. И этот праздник потом обязательно должен отмечаться дома. Продумайте это обязательно, пусть этот день будет отмечен какой-то обычной детской радостью, чтобы она зафиксировала для него – это особенный день, это не просто день труда, какого-то напряжения и усталости, но день, который завершается радостным, хорошим событием, самым простым.

www.pravmir.ru

причащение детей до семи лет

Пустите детей приходить ко Мне… Часть первая: причащение детей до семи лет

Как часто причащать младенца? Можно ли причащать детей насильно? Почему ребенок отказывается от причастия? Как ребенку поститься, и нужно ли? В публикуемой статье протоиерей Георгий Крылов, настоятель храма Новомучеников и исповедников Российских в Строгино, отвечая на эти вопросы, предлагает пути решения трудностей, возникающих в процессе воцерковления младенцев.

В нашем храме количество причастников-детей чаще всего превосходит количество взрослых. Спальный район… Гигантская толпа родителей с младенцами поначалу умильно действует на священника. Затем увлекает прагматическая сторона: можно сделать фотографии, повесить на стенде, показать Владыке… И в конце концов не отвертишься от главного вопроса: что делать-то? Ведь вопросов, связанных с причастием детей, – множество, и решать их как-то никто особенно не собирается. Для начала нужно хотя-бы «проговорить» эти вопросы.

Самый главный вопрос я облеку в медицинские термины: как употребить лекарство, чтобы от него был толк? На виду многочисленные и наглядные истории о растущих на приходе детках. Как маленький ангел со сложенными ко причастию ручками постепенно превращается в великовозрастного негодяя, издевающегося над матерью (чаще всего приходится говорить в этом случае именно о матерях-одиночках) и усердно топчущегося по всему тому, что ей дорого и для нее свято[1]. Почему же так, батюшка? Ведь причащала в детстве, просфорки давала, молилась?Подобных примеров не менее десятка у каждого священника. И ответы на эти вопросы заготовлены – слишком часто отвечать приходится. Но ответив другим, ответите ли себе? Ведь феномен юношеского расцерковления затронул и священнические семьи. И подчас интеллигентные, где все «правильно». Отвечать в любом случае нужно, а не списывать все на то, что, дескать, времена такие, антихрист скоро придет и прочее. Ведь фундамент души закладывается в детстве, и причины последующей юношеской потери веры надо искать там же. Конечно, сейчас время индивидуальной отчужденности, и личное христианство не может быть взращенным с детства – в юности каждый сам со всей остротой ставится перед выбором. Но максимально помочь чаду сделать этот выбор – в наших руках.

А какие времена? Если в застойные годы по-церковному воспитанного молодого человека впору было выставлять как музейный экспонат, то теперь «пачками» приходят устраиваться в храм на работу люди, воспитанные в православных семьях. Глазам не верится! Такого никому лет двадцать назад и в райском сне не приснилось бы! Ведь совсем недавно «разрешили», а уже выросло целое поколение, второе назревает! Так что на время «неча пенять», коли душа крива.

Так где же все-таки кривизна? Вернемся «к началу», к детскому причастию. Младенца до года-двух нужно просто причащать (хотя это порой и непросто, как справедливо отметила Анна Гальперина). Причащать почаще – обычно советуешь каждый месяц (а то и чаще – хоть каждую литургию!)[2]. Маме при этом самой нужно забыть о богослужебной молитве – практически организовать привоз ребенка можно только к моменту причастия, но даже если и раньше, то немного обрящется подвижниц, способных выстоять с ребенком на руках Литургию. И с чужими людьми грудничка не оставишь… Если говорить о практике, то в глазах наглядная картина «чередующихся» родителей: один с ребенком в коляске на улице, другой – в храме на молитве: сегодня твоя очередь. Хорошо, если при храме есть где перепеленать, памперс поменять, подмыть и проч. А если грудничок не первый, и рядом бегает табунчик сорванцов, намеревающихся разобрать храм по винтикам? Но именно «грудничковый» этап воспитания принципиально важен, потому что если его не было, все последующие этапы могут быть под вопросом. Потому что потом ребенок может просто не дать себя причастить.

Теперь перейдем к следующему этапу – от двух и старше. Можно ли причащать детей насильно? И нужно ли? Могу дать подробную инструкцию, как это сделать (опытные протоиереи организовывают такое причастие мастерски – при помощи, конечно, диаконов и алтарников). Во-первых, фиксировать руки (лучше связать), затем раздвинуть сжатые зубы. В-третьих, сразу после причастия закрыть платом рот – чтобы не выплюнул! И при этом крепко-крепко держать, лучше вдвоем или втроем. Вам это описание ничего не напоминает? Что-то из инструкций по Освенциму… Или еще вспоминаешь практику насильного причастия староверов, которая существовала в XVIII веке.

Я стараюсь не причащать детей насильно[3]. Потому что были прецеденты, когда после такого причастия ребенка потом вообще невозможно было поднести к храму – он начинал кричать и сопротивляться (кричит «бяка» – вот такое детское кощунство по отношению к причастию). Так что лучше не провоцировать… Советую готовить. Как? Поводить – без насилия – ребенка в церковь к моменту причастия несколько раз, в праздники, когда причащается много детей его возраста, чтобы он на это посмотрел. Коллективная психология сработает, и ребенок причастится вместе со сверстниками. Разговаривать с ребенком – на его уровне объясняя смысл причастия. Вообще приучить его к церкви – чтобы не боялся, приходил, ставил свечи, играл со сверстниками (при храме, а не в храме, естественно) и проч. Чтобы ему хотелось приходить в храм.

Почему ребенок отказывается от причастия? Дело не только в том, что ребенка не приучили с младенчества, что он от природы осторожен или запуган с детства (обычно принимает священника за врача и ждет, что ему сейчас сделают больно[4]). Бывает, что с детства приученный к причастию младенец позже начинает буянить и не хочет причащаться. Причиной может быть незнакомый священник или новый храм. Но не только. Поэтому я всегда в случае крика младенца пытаюсь оставить маму для беседы. Чтобы объяснить, что ребенок связан с мамой во младенчестве гораздо более тесно, чем впоследствии. Что все элементы воспитания (внешние и внутренние) в данной ситуации важны. И что подчас причину крика младенца маме надо искать в собственной душе.

Перечень советов известен: освятите дом, выключайте хотя бы иногда телевизор и громкий рок, ласкайте ребенка, живите по-христиански сами, наконец! Покажите ребенку своим примером, как причащаются. Не курите, не пейте, будьте мирны, молитесь. Окружите ребенка святыней. И проч., проч., проч… Советовать легко – выполнить непросто. Как бы научиться давать посильные советы, советы любви, а не законнического надмения.

Вообще беседы с мамами младенцев просто необходимы, хорошо бы при храме иметь некую организацию для мам (клуб «Первые шаги», например). Потому что когда женщина становится матерью, она духовно «открывается». Да и трудно духовно не открыться, общаясь с таким маленьким чудом. Поэтому часто мамы через собственных младенцев приходят в храм. Цепочка такова: по совету подруг начинают причащать младенцев, а затем доходят до первой исповеди и сами. Хорошо, если так, но часто бывает и по-другому: приносящие младенцев сами и не крещены, и не воцерковлены, и даже не пытаются двигаться в этом направлении – считают это ненужным[5]. Это магическое отношение к причастию – причастить, чтобы ребенок не болел. Тут поле для нашей, священнической, деятельности. И, может быть, вполне возможно вспомнить средневековую практику причащения младенцев, когда за них перед их причастием говели родители (постились, и молитвенное правило читали! – эту традицию сохранили и староверы). И рассказать об этой практике современным мамам, чтобы дать понять, насколько связано духовное состояние мамы с состоянием младенца…

Большая часть проблем с причастием в период «от двух и старше» – это исправление несделанного во младенчестве. Однако не только это. Тут уже встает вопрос о сознательном участии в Таинстве и о подготовке к нему. Главной и основной причиной последующего расцерковления детей обычно называют отсутствие внутреннего христианства у родителей. Внешнее, обрядовое участие в Таинстве противопоставляется сознательному участию, с подготовкой. Но как можно подготовить «взросленького» младенца? Вначале скажем о богослужении.

Родительское невнимание и приходская неорганизованность почти ежевоскресно приводят к одной и той же картине: наигравшаяся на улице толпа «взросленьких» младенцев продолжает свою игру в храме при причастии, пролезая вперед и отталкивая партнеров по игре, в игровом раже не слыша священнических окриков, – о какой сознательности можно говорить в подобной обстановке? Начинаются бесконечные проповеди священника, обращенные к родителям: о бесполезности для ребенка простого обрядового причащения, о необходимости готовить детей, объяснять и проч.

В то время, когда дети играют «в индейцев» на подступах к храму, родители их обычно молятся в храме. А как иначе? Дети и дома надоели – хоть здесь от них отдохнуть. Заставить их стоять в храме рядом с родителями – не заставишь! На самом деле в храме нетрудно организовать, чтобы «и волки были сыты, и овцы целы». Необходимо организовать институт волонтеров, которые бы присматривали за детьми, пока родители их молятся. И не просто присматривали – отвечали бы за детей, сданных им под надзор на прихрамовую детскую площадку[6]. Чтобы родители забрали его за некоторое время перед причастием (кое-где волонтеры и не беспокоят родителей, а организованно ведут своих «овечек» к причастию сами – благо, в некоторых храмах существует «детская» Чаша). Патриарх на одном из московских епархиальных собраний рекомендовал западную практику: дети находятся на богослужении в комнате рядом с храмом. В идеале эта комната имеет стеклянную стену: дети видят и слышат то, что происходит в храме (в комнате установлены динамики). А вот их не слышат – они не мешают богослужению. В комнате рекомендуется проводить «соответствующие игры»[7] – до какого-то определенного момента[8]. А потом – спеть, например, Символ веры. Или Отче наш. Немножко постоять, чтобы дети отошли от игры. В общем, как-то немного помолиться, приготовив детей к причастию. Есть некоторая неправильность в подобном подходе, но это на настоящий момент почти единственный способ решить «детскую» проблему на «многодетных» приходах[9].

Наиболее «благочестивые» прихожане встречают детскую комнату в штыки. Как так, ребенок не выстаивает службу в храме, а находится неизвестно где и занимается неизвестно чем, а затем причащается? Я вижу изрядную долю ханжества в этих претензиях. Конечно, существуют дети, которые с детства приучены молиться за богослужением вместе со взрослыми. Для таких детей детская комната становится соблазном. Но из двух зол, как известно, выбирают меньшее[10]: детская комната полезна для превалирующего большинства детей и родителей. Совершенно очевидно, что из всех детей «маленьких монахов» (по слову Анны Гальпериной) не вырастить. Даже в церковных семьях «с традициями» опытные родители часто сталкиваются с индивидуумами, которых при всех «правильных» усилиях заставить стоять час в определенном возрасте невозможно. Все дело в характере и темпераменте – и это вовсе не «бесовское действие», как спешат заключить храмовые бабули. Ну а уж если «образцово-показательные» родители не могут, что говорить обо всех остальных (и сами родители то подчас едва выстаивают!). Дети, скопом загнанные в храм, превращают службу в бардак. Так что, уж извините, средневековой благочестивой картинки на практике, увы, никак не получить.

И все же к храмовой молитве детей нужно приучать – это одна из функций детской комнаты при храме. Научить хотя бы на какое-то время сосредоточиться. Постоять. Научить храмовому благоговению. Но в любом случае эта наука, конечно, должна начинаться с дома, с домашней молитвы и домашнего бытового благочестия. Про богослужебную подготовку я вроде бы написал, теперь перейду к подготовке домашней.

Как ребенку говеть? Этот вопрос соприкасается с вопросом о детском посте вообще. Нужно ли ребенку поститься? Диапазон мнений велик. От отрицания детского поста вообще (вот как вырастет – тогда; зачем лишать ребенка детства) до рекомендаций поста наравне со взрослыми (не научите поститься – потом пожалеете). Об актуальности вопроса часто говорит металл в глазах и в голосе при разговорах на эту тему. Бывают разные дети и разные семьи, поэтому однозначного ответа на эти вопросы нет…

И все же есть. У меня имеется готовый и удобный ответ на эти вопросы, который часто приходится повторять (у любого священника есть ряд заученных, красивых, но не всегда практически полезных советов): не нужно заставлять ребенка насильно поститься и молиться – нужно воспитать в ребенке желание поста и молитвы, желание христианского подвига. Чтобы он постился и молился сам, без внешнего понуждения. Сказать легко, а вот сделать… И если откровенно говорить, за свои без малого двадцать лет пастырской практики я не встречал ни одного ребенка, у которого родителям удалось бы воспитать подобную жажду. Да, требование правильное, но уж больно невыполнимое – только в житиях можно прочитать о подобной жажде у будущих святых во младенчестве. Не скажешь же родителю: Вы обязаны воспитать святого…А много вы знаете взрослых, которые воспитали в себе подобную жажду?

Правда, жажду эту дети легко профанируют – и с подобными профанациями встречаться как раз приходится нередко. Есть категория детских характеров, которые «с лёта» учатся угождать родителям, подстраиваться под них, а родители не желают замечать этого приспособленчества, воспринимая поведение детей «за чистую монету» – как вполне искреннее. Дети остро чувствуют, чего от них хотят родители, и имитируют желаемое, получая в награду родительское благорасположение со «всеми вытекающими»[11]. Причем наука этого обмана постигается детьми очень рано, лет этак с трех и даже ранее, и учителями очень часто являемся мы сами – нам так удобнее. Поначалу этот обман устраивает обе стороны, но позже оборачивается, как и всякая неискренность, бунтом и ненавистью.

Итак, значит – насилие. Любая подготовка к причастию неизбежно будет насилием и понуждением, как, впрочем, и большая часть наших воспитательных мероприятий для детей. И надо подумать, чтобы это насилие было разумным и не вызвало со временем реакцию отторжения в детской душе. Чтобы насилие было как бы опосредованным, чтобы оно вовлекало, а не ломало. Благоговение насилием не воспитаешь – оно может родиться лишь как плод Благодати. А вот приверженность определенным правилам и постоянство воспитать можно. А также верность, мужество, терпение и еще очень многое-многое...

Да, ребенок должен понимать, на своем уровне, зачем все это нужно: все молятся – и я молюсь, как взрослый; все постятся – и я пощусь, как взрослый!И собственное детское «богословие» ему тоже необходимо – родители, подскажите, сформируйте! И отношение к причастию у маленького человека изменится, если он приложил какие-то усилия к подготовке – хотя бы отказался от конфеты с утра. Хорошо, когда окружающий мир церковной семьи нелицемерно вовлекает и увлекает ребенка – это пока единственная доступная для него вселенная, и надо, чтобы в ней не было «черных дыр». Но любое даже самое смиренное чадо рано или поздно будет стремиться выбраться за границы этой вселенной. И рано или поздно все равно придется учить его ходить самостоятельно, а не вместе с вами.

Детские психологи говорят, что три года – первый детский сложный возраст, когда маленький человек начинает ощущать себя личностью и, соответственно, бунтовать против насилия над собой, делать наоборот, вопреки. И мне приходилось встречать «благочестивый» детский бунт: А я буду делать не так, как ты, а как в церкви!Это детское бунтарство нельзя не учитывать в воспитании. Молитва и посещение храма никогда не должны восприниматься как наказание. Скорее наоборот: хочешь наказать, отлучи от общей домашней молитвы, не возьми в храм, не веди к причастию. И бунтующий ребенок всеми силами будет стремиться к запретному! Обычно младенческий бунт и истерики рекомендуется спокойно и твердо усмирить и перебороть: кнутом и пряником. Эти средства годятся, но только не в религиозной сфере! Пусть религиозное стремление станет для ребенка с «бунтарским» темпераментом не столько общественным (как все!), сколько личным (вопреки всем!) устремлением. Общественное теряется быстро, а вот личное – надолго.

Бунтарские стремления связаны вообще со стремлением к борьбе, в особенности характерным для мальчиков (но не обходящим и девочек). Как бы через все эти игрушечные пистолеты, мечи, танки и сражения со сверстниками научить свое чадо воевать с собой, с соблазнами, с растущими ростками страстей и грехов? И в этой «воинской» системе координат причащение сделать главной вершиной, которую необходимо завоевать… Дети всегда имеют собственные представления о мужестве[12] – как бы спроецировать их в духовную сферу?

Дети живут в своем особом мире, и понятно, что их духовное воспитание превращается для нас в наше собственное воспитание. Не мы их, а они нас начинают воспитывать и учить молитве и богообщению. В любом случае это наш совместный путь, и он должен быть творческим. Это общая тропинка к Богу, которую топчем мы втроем – я, ребенок и Бог. Без экзальтированности, трезво ловить то, что в ребенке вдруг открывает Бог, и помогать этому росточку вырасти, по крайней мере не мешать ему, не погубить его собственным менторством и доктринерством. Ростки эти могут быть довольно необычными и удивительными. Я вспоминаю, как один из «моих» вдруг перестал есть мясо и рыбу (и не ел их довольно долго) – не из аскетических побуждений, а из жалости: Ведь у них же глазки!И в слезы! А почему бы и не положить этот непонятно откуда взявшийся и неправильный, «вегетарианский», но искренний посыл в основу своеобразной детской аскезы… Хотя бы не мешать!

Продолжение следует…

Протоиерей Георгий Крылов

Богослов.Ru

[1] Не хочется отягощать статью поповскими примерами, но в примечаниях не удержусь. Один из моих «знакомых», после церковного детства и православной гимназии усердно расцерковившись, специально включал на полную громкость и направлял в сторону материнской комнаты динамики магнитофона, усиливающие рок с подобранным богохульным содержанием именно в моменты, когда мать обычно молится. Ну, и достаточно часто банально избивал мать, добиваясь от нее денег. Вот такие плоды…

[2] Я встречался и с другим подходом, но он относится уже к разряду «старческих (точнее – младостарческих) откровений». Одному моему знакомому духовник советовал причащать младенца не чаще раза в месяц, а то младенец не выдержит подобной святости.

[3] А уж как непросто крестить детей в возрасте от двух лет и старше – это отдельный разговор. И если с причастием можно порекомендовать повременить, подготовив ребенка, то в крещении-то не откажешь. И поэтому пятьдесят процентов крещений «взросленьких» младенцев превращаются в кошмар. Я не говорю о том, что почти всегда младенца вынуждена держать мать – вид незнакомых восприемников приводит ребенка к истерике. Что приходится крестить на фоне воплей ребенка и успокаивающих заигрываний родителей. У одного моего знакомого священника на крещении такой младенец опрокинул купель! Но самое тяжелое – это внутреннее сознание священника, совершающего Таинство: что это неправильно, что здесь что-то не так. При крещении маленького младенца (до года) опытный священник всегда сам может его успокоить – укачать, если на это неспособны восприемники. А здесь чувствуешь собственное бессилие. Как в глухую стену стучишься. Почти уверен, что и на причастие носить не будут, что уж говорить о христианском воспитании (хотя на предварительной беседе кивают головами: да, конечно, батюшка). Слишком много труда теперь нужно приложить – куда уж им…

[4] Запуганность врачами – немаловажный фактор. Ребенок обычно знаком только с одним видом «дальних эскурсий» – походом в поликлинику, где ему всегда делают больно и очень больно. И этот испуг очень часто понуждает его с опасением относиться ко всякому незнакомому человеку (вообще не понятно, пользы или вреда больше для ребенка от регулярной медицины – медицинской пользы от прививок, или психического ущерба от незаслуженной и неожиданной боли при прививке?). А священник еще и одет очень похоже на врача (поэтому я советую крестить и причащать младенцев не в белой, а в цветной фелони). И успокаивают ребенка так же, как и в поликлинике. Поэтому вступает в силу привычный алгоритм действий: крик и сопротивление. Когда же наши врачи научатся делать прививки не больно?

[5] Полное непонимание (и нежелание понять) того, для чего младенца принесли, приводит к комическим с внешней точки зрения, а с внутренней – к страшным происшествиям, «коллекция» которых имеется у всякого практикующего священника. То про «конфетку» ребенку начинают рассказывать, а то при причастии у ребенка изо рта вдруг вываливается разжеванная баранка…

[6] Для этого, увы, требуется не одна толика профессионализма. Поэтому как минимум старшим волонтером должна быть профессионалка, умеющая работать с детьми.

[7] Игра для детей – способ постижения окружающего мира. Дети любят играть в богослужение, и я ничего плохого в этих играх не вижу, если они серьезны и не переходят в кривлянье. Может быть, именно подобные игры уместны в детской комнате во время богослужения. Дело новое, поэтому приходится двигаться «на ощупь». На вопрос моих волонтеров о том, можно ли детям пошить детские облачения для подобных игр, я ответил отрицательно. А использовать лампадку как детское кадило – наверное, можно. Игра в богослужение хороша, когда она рождена самими детьми, а не инициирована взрослыми – иначе рождается фальшь. Не запрещать и не поощрять, а слегка удерживать. Вот условия, при которых игра в богослужение способна ввести детей в само богослужение.

[8] Еще я встречал совет давать детям карандаши, краски и бумагу, чтобы они рисовали на «неважных» частях Литургии. Рисование для детей – тоже способ познания мира.

[9] Второй способ – служение специальных детских, предельно кратких и соответствующим образом организованных Литургий в храмах, где есть отдельные изолированные пределы для этого случая. Петь за этими Литургиями тоже лучше доверить детскому хору, а прислуживание в алтаре – маленьким алтарникам. Регулярное устройство подобных Литургий – дело будущего.

[10] Я обычно говорю родителям таких «благочестивых» детей: научили своих чад молиться на службе – научите и бороться с соблазнами. Жестоко? Да. Но иного выхода нет.

[11] На моей памяти одна девочка довольно долго имитировала мироточение икон в домашнем молитвенном углу (поливая их маслом), с целью привести в состояние восторга и умиления собственную бабушку.

[12] Проиллюстрирую ситуацией из жизни собственных детей. Маленькие братик и сестричка стоят за какую-то провинность в углу (точнее, в разных углах). Девочка плачет, мальчик сдерживает слезы и что-то бормочет. Прислушались – а это он наставляет сестричку: Дуня, не плачь, ты же мужчина!

eparhia-saratov.ru

Как объяснить ребёнку, что такое Причастие

Как объяснить ребёнку, что такое Причастие (12 голосов: 5 из 5)

«Васенька, потерпи немножко, детка! Сейчас выйдет батюшка и даст тебе компотик», — услышала я за спиной слова, которые каждый раз заставляют меня невольно вздрагивать.

«Компотик», «изюминка», «вкусненькое» — что только не доводилось мне слышать, стоя в воскресный день на Божественной литургии и ожидая выноса Чаши.

К сожалению, подобные «объяснения» самого главного Таинства Церкви у некоторых прихожан всё ещё встречаются. При этом никто из них не задумывается: «А не послужат ли такие слова в дальнейшем тем самым искушением, которое оттолкнет моего ребёнка и от причастия и от Церкви? А не зародится ли в ребёнке сначала малое, а потом уже и неисправимое неблагоговейное отношение к Таинству? А поверит ли потом подрастающее чадо уже более серьёзному объяснению сути Евхаристии?»

Размышляя над вопросом, как объяснить ребёнку, что такое Тело и Кровь Христовы, следует начать с того, что Таинство Святого Причащения должно быть неотъемлемой частью жизни ребёнка и родителей, а о Литургии следует говорить на разных возрастных этапах, постепенно «усложняя» объяснение.

Если и взрослые причащаются регулярно, и ребёнок с самого раннего возраста после своего крещения причащается вместе с ними,  то у него вряд ли будет возникать вопрос: «Зачем это нужно и что это такое?». Для него участие в Евхаристии станет естественной и неотъемлемой частью жизни. Но в то же время недостаточно принести дитя в храм, причастить и уйти. Уже собираясь в храм, полезно подчёркивать, что идёте в Божий дом, что будете участвовать в Таинстве Святого Причащения, чтобы соединиться с Господом.

  • Причастие – это соединение с Богом – вот самое доступное объяснение для детей. Они поймут, и примут эту истину детским сердцем через призму веры. Само слово помогает нам в этом: При-частие, становление частью чего-то, при-со-единение к Богу…
  • Бог есть Любовь, полнота любви и её источник. Как сказал один богослов: «Даже наша пища – это любовь Божия, ставшая съедобной». И Господь настолько любит нас, что желает приобщить нас к Своей любви, чтобы мы были с Ним единым организмом. Для этого Он таинственным образом соединяется с нами в Таинстве Причастия.
  • Можно охарактеризовать Святые Дары словами Спасителя о Себе — Хлеб Небесный: «Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек» (Ин.6).
  • Понятия «Тело» и «Кровь» сложны для детского восприятия, так как в современном языке редко выражают сопричастность. Однако мы можем привести в пример выражения «моя кровинушка», «плоть от плоти».  Также ребёнок в животе у матери какое-то время имеет с ней общую систему кровообращения и формируется с помощью её организма.Постепенно через знакомство с Библией, ребёнок сможет применить усвоенные им понятия ко Христу.
  • Святые Дары также правильно и доступно для ребёнка именовать Святыней.

Говорить о Святом Причастии в категориях вкусной пищи, сладостей, категорически недопустимо. Подобные ассоциации являются в некотором роде кощунственными и закладывают в детскую душу неблагоговейное отношение к Святыне.

Родители по-разному объясняют своим детям, что такое Причастие. Но все они сходны в одном мнении – ребёнок сможет понять Таинство Тела и Крови постепенно и только при одном условии, что вера в семье является не просто мировоззрением, а является образом жизни.

И в заключение мне хотелось бы поделиться краткими вариантами ответа на вопрос: «Как объяснить ребёнку, что такое Причастие?»

***

Мне кажется, что здесь большое значение имеет личный таинственный опыт, и словами его выразить я не могу. Очень интересно, как видят и понимают Причастие малыши. Моя маленькая крестница, после первого Причастия на вопрос своей нецерковной бабушки: «Ну что, причастилась? Батюшка тебя причастил?» (она боялась бородатых мужчин) — ответила: «Нет, не батюшка, ангел!» «Да это был батюшка!», — а она: «Нет! АНГЕЛ!»

Вот и что она видела?! Я, пытаясь словами объяснить, что такое Причастие, едва ли смогла бы донести до неё то, что она видела.

Анастасия Овансова, мама троих детей

***

Своим детям я не говорю «Тело» и «Кровь», потому что в раннем возрасте абстрактные понятия у них сформированы абстрактно и это для них сложно. Я говорю: «Соединяемся с Господом!»

Марина Базанова, мама двоих детей

***

Вопрос формального объяснения Таинства Евхаристии сложен для детского ума.

Попытка ответить на вопрос: «Что находится в Чаше?», — в категориях «Хлеб», «Тело», «Вино», «Кровь» может вызвать неоднозначную реакцию. Это происходит потому, что дети понимают все слова буквально и не способны видеть в них многогранность значений.

Более того, объяснение Таинства в данных категориях даже для взрослого человека не внесет ясности в суть происходящего.

Это происходит по той причине, что духовная жизнь становится объяснима для человека в исключительно эмпирическом, опытном восприятии. Иными словами, только через регулярное приобщение Трапезе Господней возможно раскрытие внутреннего содержания Таинства Таинств.

Только через личный пример, участвуя в Божественной литургии совместно с ребенком, подавая ему образец для подражания и деятельный пример любви, ведя его за собой, возможно ожидать, что маленький человек станет причастником Божественных Таин.

Только тогда можно надеяться, что через время, возрастая в летах, он органично воспримет эту Истину. Истину того, что в Чаше находится Господь, таинственным образом преображающий человека и делающий его по-настоящему свободным.

священник Александр Аникин

***

Родители должны привить ребёнку личностное отношение с Богом, чтобы ребёнок понимал что Бог это Личность, что Бог является таким же близким и родным для ребёнка, как и родитель. Прививается это через чтение детской  Библии, через молитву в храме и дома с родителями.

Тогда до ребёнка можно донести, что такое Причастие и зачем оно. В иных случаях для ребёнка все объяснения останутся просто звуковыми колебаниями, так же как и для взрослых.

Конечно, относительно возможно пойти иным путём и начать приписывать Причастию магические свойства (например: «если ты будешь причащаться, то тебе будет везти по жизни», «если ты будешь причащаться, то Богу будет приятно, и если ты загадаешь желание или будет мечта, Бог обязательно исполнит»). Но, на мой взгляд, это уже тупиковый путь.

священник Александр Ионитис

***

Я не знаю, как это можно объяснить двухлетнему ребенку. Главное — постепенно это делать. Сначала просто говорить, что тот, кто причащается, прикасается к Богу. А дальше с возрастом можно постепенно знакомить ребёнка со Христом.

диакон Антоний Сацута

***

Мне кажется, что можно сказать так: «Господь войдёт в твоё сердечко, и постарайся сохранить там этого дорогого Гостя — жить так, чтобы Ему было приятно».

Ну а если дальше вопросы будут: «А как это хлеб и вино становятся Телом и Кровью Господа?» — можно, я думаю, ответить так: «Мы принимаем пищу, и она нами усваивается, становится нашим телом и кровью (это ведь действительно так: мы получаем необходимые вещества и энергию через питание). Так и Господь на Тайной Вечере вкусил хлеб и вино — они стали Им, вошли в Его Тело и Кровь. Теперь мы на Литургии становимся участниками той самой Тайной Вечери и таинственным образом принимаем в себя Самого Христа. Он,  живой и воскресший, входит в нас и живёт в нас». А выяснять уже механику или химию этого Таинства — дело невозможное, да и ненужное. На то оно и Таинство.

иподиакон Александр Попов

P.S. Взрослым рекомендуем статью: Почему вино – кровь Христова, а хлеб – Его тело?

azbyka.ru